И вот наконец настало время, когда человек принялся строить для себя в огромном холодном мире свой собственный маленький и теплый мир. Где-нибудь у входа в пещеру или под навесом скалы он строит для себя из шкур и веток такое небо, под которым нет ни дождя, ни снега, ни ветра. Посреди своего маленького мира он зажигает солнце, которое светит ночью и греет зимой.
На месте древних охотничьих стоянок до сих пор еще сохранились кое-где ямы, в которые врыты были столбы, поддерживавшие «небесные своды» — кровлю шалаша. А посредине, между столбами, до сих пор сохранились обугленные камни, которые окружали очаг — искусственное солнце.
Стены давно упали, рассыпались, сгнили Но, несмотря на то что их нет, можно совершенно точно указать, где они были. Вся земля внутри маленького мира говорит о человеке — его создателе.
Каменные ножи, обломки и осколки кремня, расколотые кости животных, уголь и зола от очага — все это перемешано с песком и глиной в такую смесь, которой нет и не может быть в природе, не тронутой человеком.
Но стоит только сделать несколько шагов и выйти за пределы давно исчезнувшего жилища, за его невидимые стены, как сразу же пропадает все, что напоминает о труде человека. Нет больше орудий в земле, нет угля и золы от костра, нет костей.
Так до сих пор еще вторая природа, созданная человеком, словно невидимой чертой отделена от всего, что ее окружает.
Роясь в этой земле, хранящей следы человеческих рук, рассматривая каменные ножи и скребки, перебирая давно угасшие уголья очага, мы ясно видим, что конец прежнего мира не стал концом для человека, потому что человек сумел создать для себя свой особый маленький мир.
